(044) 486–71–56 – Пряма телефонна лінія для допомоги жителям Автономної Республіки Крим, Донецької, Луганської областей та з питань діяльності Міністерства юстиції і підпорядкованих органів.         0–800–213–103 – телефонний номер системи безоплатної правової допомоги для людей, які зазнали кримінального або адміністративного переслідування. Дзвінки зі стаціонарних телефонів в межах України безкоштовні.         «Гаряча» телефонна лінія для працівників органів юстиції АР Крим. Звертатися можна за телефоном: (044) 486-71-56.         До уваги неурядових організацій, вищих навчальних закладів та інших установ! Урядовим уповноваженим у справах Європейського суду з прав людини розроблено анкету для осіб, постраждалих внаслідок порушення їх прав, гарантованих Конвенцією про захист прав людини і основоположних свобод, Російською Федерацією на окупованій території Автономної Республіки Крим та м. Севастополя, а також у Донецькій та Луганській областях України, та методичні рекомендації для її заповнення.         До уваги осіб, які бажають звернутися до Європейського суду з прав людини! У зв'язку зі змінами, внесеними до Правила 47 Регламенту Європейського суду з прав людини, з 01 січня 2016 року було оновлено формуляр заяви та пояснювальну нотатку для його заповнення. З вказаними документами Ви можете ознайомитись у рубриці «Захист інтересів держави в Європейському суді» на офіційному сайті Міністерства юстиції України
Розпочав роботу новий сайт Міністерства юстиції України >>
Міністр юстиції України Петренко Павло Дмитрович
Петренко Павло Дмитрович
Міністр юстиції України

02.03.2012. Александр Лавринович: «Власть заинтересована в прозрачных и честных выборах» (2000)

Газета «2000» продолжает серию интервью, посвященных стратегическим проблемам общенационального развития. Предлагаем вашему вниманию беседу с министром юстиции Украины Александром Лавриновичем о формировании украинской правовой и политической системы.

— Можно ли назвать современную Украину правовым государством? С чем связано то, что гражданин, несмотря на все преобразования и реформы, так и не чувствует себя защищенным, не может добиться реализации своих прав?

— Это два совершенно разных вопроса. Причем каждый из них имеет поистине глобальный характер. Прежде всего, правовая система нашей страны, как мне представляется, находится на достаточно высоком уровне. Она — результат длительного и сложного процесса развития. Наше общество сумело преодолеть огромные трудности, связанные с переходом из правовой системы авторитарного государства к правовой системе демократического государства с рыночной экономикой. Авторитарный строй был обеспечен правовой базой, идеально соответствующей такой структуре управления и модели государственной жизни. Но чтобы выжить в современном мире, мы обязаны были перейти к совсем новой политической и правовой системе. И сегодня с уверенностью можно сказать, что мы сумели это сделать.

При этом, если говорить о правовой системе, у нас использованы подходы, сформировавшиеся в рамках как континентальной, так и англо-саксонской системы права. В рамках западноевропейской цивилизации как континентальная, так и англо-саксонская модели формировались естественным путем. Нам предстояло использовать их опыт, не утратив при этом украинскую идентичность. Сегодня для любого профессионального юриста очевидно, что некоторые законы Украины соответствуют модели, характерной для англо-саксонской правовой системы, а некоторые ближе к романо-германской модели.

Что касается второго вопроса, то, мне кажется, на него можно ответить кратко: правовая защищенность не может быть гарантирована исключительно путем принятия законов. Чрезвычайно много зависит от правоприменительной практики, от беспристрастности суда, от эффективности правоохранительных органов. А здесь мы уже вплотную упираемся в проблемы, связанные с состоянием социально-экономической сферы.

— Но, вероятно, есть разные степени правовой защищенности?

— Да, но мы же обсуждаем сейчас не правовые вопросы, а то чувство, которое возникает у гражданина в связи с обеспечением соблюдения законов. Что под этим понимать? Отсутствие угрозы насилия, чувство безопасности дома или на улице? Возможность реализации прав, гарантированных международными документами и национальным законодательством? Уверенность в том, что процесс реализации гражданских, социальных и культурных прав будет обеспечен всеми государственными структурами именно в том виде, в каком он предусмотрен законом?

— Наверное, все зависит от конкретной ситуации, складывающейся в том или ином обществе.

— Это очевидно. Поэтому чувство правовой защищенности в каждой стране формируется под влиянием сложившихся в ней условий, характерных для нее мировоззренческих ценностей и традиций. Каждое общество обладает в этом отношении как определенными преимуществами, так и свойственными только ему проблемами. Нужно стремиться к максимальной правовой защищенности гражданина. Однако следует понимать, что чувствовать полную защищенность на нашей планете не может ни один человек.

— А какие наиболее важные правовые проблемы стоят сегодня перед нашей страной?

— Украина — часть глобального мира. Поэтому нам необходимо выстроить сотрудничество с другими государствами, создать механизмы, позволяющие добиваться соблюдения закона и обеспечения прав граждан. Речь идет как о трудовых мигрантах, так и о тех, кто совершает туристическую поездку, отправляется на отдых, пытается наладить культурные контакты, занимается бизнесом. Украинцы сегодня присутствуют на всех континентах, а граждане многих стран посещают нашу страну, живут и работают на ее территории.

Нужно сделать так, чтобы гражданин Украины, независимо от того, где он находится в какой-то момент, чувствовал, что он — под защитой украинского государства.

Аналогичные условия нужно обеспечить и для граждан других стран, находящихся на территории Украины. В нашей стране они должны чувствовать свою правовую защищенность.

Нам предстоит большая работа на этом направлении. Соответствующие условия отчасти обеспечиваются международными конвенциями. В то же время здесь велика роль двухсторонних договоров, которые Украина уже заключила или разрабатывает с государствами, расположенными на разных континентах. Раньше представлялось несколько странным говорить о том, что нам, например, нужен договор, обеспечивающий исполнение решений судов, или защищающий права граждан, или гарантирующий выдачу правонарушителей со странами Центральной Африки или Южной Америки. Сегодня у нас есть подобные соглашения, и они работают. И нам нужно вести активную работу в данном направлении. От этого зависят благосостояние и безопасность украинских граждан и эффективное сотрудничество нашей страны с другими государствами, в том числе и приток иностранных инвестиций в украинскую экономику.

Нам необходимо выстроить взаимодействие с внешним миром. Только в этом случае у нас появятся условия для успешного развития. Это одно из главных последствий глобализации, сблизившей страны и народы, объединившей их в рамках мировой экономической системы.

— То, что Украина стала частью глобального мира, не только открывает значительные возможности, но и создает угрозу внешнего воздействия на процессы, происходящие в украинском обществе. Существует ли опасность того, что Украине извне будут навязаны какие-то правовые нормы, которые окажутся неэффективными в украинских условиях?

— Действительно, вследствие внешнего давления возникла опасность политизации правовых процессов. То, что вырабатывалось десятилетиями в условиях одного государства, под воздействием его политических и правовых традиций, может оказаться непригодным для другой страны. Иногда нам советуют взять какой-то закон государства, которое в течение нескольких десятилетий (а то и столетий) развивалось без потрясений, перевести его на украинский язык и попробовать использовать. Это принципиально невозможно. Каждый раз, когда мы поступали подобным образом, мы сталкивались с серьезными проблемами. У нас были примеры такого рода законодательного заимствования. И всегда потом возникала необходимость модернизации законов, принятых подобным образом.

Любое общество, любое государство — это своеобразный живой организм. Иногда то, что очень успешно работает в какой-то стране, невозможно использовать Украине. Поэтому нам нужно совершенствовать собственное законодательство, исходя из социально-экономических условий, сложившихся в нашей стране, из нашего исторического и культурного опыта. Но это не значит, что мы должны отвергать информационную помощь. Она может быть чрезвычайно важна и полезна.

Более того, в глобальном мире нужно уметь создавать инструменты, необходимые для того, чтобы улучшать и облегчать международное сотрудничество в различных сферах — в коммерческой, политической, культурной.

Нам необходимо, чтобы законодательство, регулирующее деятельность в этих сферах (как украинское, так и других стран), позволяло эффективно использовать имеющиеся возможности. А для этого нужно добиваться определенной общности подходов хотя бы в наиболее важных вопросах. В том же, что касается экономики, и особенно техники, нужно, чтобы нормы не просто соответствовали друг другу, а иногда были идентичными. Чтобы гайки или микросхемы, изготовленные в Сингапуре, Германии или сделанные в Украине, отвечали одному стандарту. Это в интересах как украинцев, так и граждан других стран. Поэтому нужно всегда четко представлять, где следует сохранять самоидентичность, где необходимо эволюционным путем что-то менять, а где новые нормы нужно принимать быстро и сразу. Одновременно следует помнить, что единых стандартов государственного правления не существует. Можно говорить исключительно о единых принципах. Их украинское государство четко декларирует. Они у нас общие со всеми развитыми странами мира.

— А почему пришлось возвращаться к тем принципам управления, которые действовали до конституционной реформы?

— Честно говоря, мне трудно назвать реформой принятие закона о внесении изменений в Конституцию, за который Верховная Рада проголосовала в едином пакете с решением, разрешающем провести третий тур президентских выборов. Это был неправовой способ принятия изменений в законодательство, и решения, которые утверждаются подобным образом, зачастую имеют разрушительный характер. Можно сказать, что в стране сработал механизм конституционной защиты.

— Решения, принятые неправовым способом, нужно было отменить? Но помогло ли возвращение к прежним конституционным нормам улучшить систему государственного управления?

— Те изменения, которые были приняты в декабре 2004 г., привели систему государственного управления в тяжелое состояние. Это был настоящий управленческий ужас. К сожалению, эти чрезвычайно опасные шаги не вызвали адекватной реакции международных организаций, которые на удивление легко смирились с тем, что Основной Закон Украины был изменен без соответствующей конституционной процедуры.

В результате в стране были созданы условия для развития кризиса всей системы власти, который к 2007 г. принял угрожающий характер. Украина почти год жила без парламента, длительный период не работала прокуратура, силовым способом была приостановлена работа Конституционного Суда.

Мы получили наглядный пример того, к каким последствиям приводят неправовые действия. Не может быть ни правового государства, ни полноценной защиты прав граждан в той стране, где высший представительский орган попросту исключен из жизни, а работа главного органа конституционной защиты полностью остановлена.

Нам, на мой взгляд, крупно повезло, что это не привело страну к катастрофе. И тем, кто критикует нынешнюю систему государственного управления, нужно помнить, что мы еще недавно (без всякого преувеличения) стояли на краю пропасти.

— Нужно ли пытаться сохранить украинскую политическую систему в ее нынешнем виде? Или она все же нуждается в дальнейшем совершенствовании?

— Политическая система — это инструмент, который граждане используют для формирования власти в стране. У граждан нашей страны есть и право, и возможность участвовать в избрании органов власти всех уровней — от местного самоуправления до высшего государственного руководства. Поэтому в принципиальных изменениях украинская политическая система не нуждается.

Но что касается деятельности институтов гражданского общества, то здесь, безусловно, требуется определенная модернизация законодательства. На мой взгляд, существует необходимость усовершенствования законов, регламентирующих деятельность политических партий, общественных организаций, научных, исследовательских, благотворительных фондов.

Самого серьезного усовершенствования требует система государственного управления. По инициативе президента с прошлого года начался серьезный «ремонт» исполнительной власти. Эта работа должна продолжаться, и главной целью ее должно стать появление эффективного государственного менеджмента. Он необходим на всех уровнях, в различных структурах — в общественном объединении, на предприятии, в территориальной общине. Без эффективного управления ни одно дело не будет успешным. Поэтому очень важно создать эффективную модель управления. Это касается прежде всего исполнительной власти и местного самоуправления.

В противном случае большинство гражданских и социальных прав, которыми наделены украинцы, так и не будут реализованы. Ведь дело не сводится к тому, чтобы задекларировать какие-то права. Нужно создать возможности для их практической реализации. А для этого территориальные общины должны обладать действенными полномочиями. Необходима модель, которая будет стимулировать развитие.

— А как должно быть?

— Должен быть прописан механизм, устанавливающий порядок реализации решений, принятых как самими гражданами, так и избранными ими органами власти, и на уровне территориальной общины, и в масштабах всей страны.

Поэтому реформа системы государственного управления должна касаться и парламента. С моей точки зрения, здесь было бы чрезвычайно полезно посмотреть на технологию работы парламентов стран с давними традициями представительской и законодательной власти.

Но наряду с опытом тех государств, где деятельность парламента исчисляется не десятилетиями, как у нас, а столетиями, нам также важно изучить, как трансформировались парламенты восточноевропейских государств. Эти страны практически одновременно с бывшими советскими республиками перешли к рыночной модели экономики и демократическим принципам построения общества. Они зачастую сталкивались с теми же проблемами, что и Украина. И нам важно понять, какие решения помогли им преодолеть аналогичные трудности.

— Но граждане часто оценивают положение дел в стране в зависимости от того, как работает судебная система.

— Реформе судебной системы государственное руководство уделяет огромное внимание.

Наибольшую значимость для будущего страны, как мне кажется, представляют процессы, направленные на формирование корпуса судей. Соответствующие законы были приняты, но чтобы их реализовать, необходимо длительное время. Нужно построить целостную систему, включая школу судей, систему отборов, тестирования, учебы. Эта система уже определена. Но те, кто пройдет через нее полностью, приступят к работе только через пять лет.

В последний раз, когда президент принимал присягу у впервые назначенных судей, он отметил, что это были первые судьи, назначенные после этапов тестирования и конкурсного отбора. Это значит, что мы уже добились реализации некоторых решений, отдельных фрагментов, которые должны сложиться в целостную картину.

Кроме того, нужно работать, чтобы авторитет судебной власти был если и не безусловным, то, по крайней мере, самым высоким из всех ветвей власти.

— Не секрет, что отдельные группы украинской элиты, прежде всего экономической, зачастую контролируют органы судебной власти. Не пытаются ли элитные группировки свернуть судебную реформу, чтобы сохранить свои нынешние возможности?

— Любой процесс реформирования, если он действительно нацелен на исправление сложившегося положения дел, будет встречать противодействие. В каждой общественной системе существуют установившиеся отношения, кто-то сумел занять в ней положение, позволяющее извлекать значительные выгоды. Понятно, что подобные силы непременно будут сопротивляться любым переменам. Поэтому все реформы, которые мы пытаемся осуществить, неизбежно встречают противодействие.

Нам важно обеспечить правовую обоснованность действий государственной власти. В противном случае мы не сможем проводить дальнейшие реформы. Поэтому действующей власти не меньше, а может быть, даже больше, чем оппозиции, необходимы прозрачные и честные выборы. Это единственный способ сохранить доверие граждан и избежать политического противостояния.

Понятно, что в информационном обществе всегда существует искушение, манипулируя социальными эмоциями и общественными настроениями, повлиять на работу системы государственного управления.

В то же время я убежден, что тяжелый опыт 2004 г. многому научил украинское общество. Вновь вывести людей на улицу под лозунгами, не имеющими никакого реального содержания, скорее всего, не удастся. Однако власть не должна давать повода для возникновения политического противостояния. Чрезвычайно важно обеспечить прозрачность избирательных процедур и полную адекватность результатов выборов волеизъявлению граждан.

И власть доказала, что она готова на радикальные меры ради достижения этой цели. Возможно, многих удивило то, что при принятии закона о выборах удалось обеспечить полный консенсус всех без исключения фракций. При этом в процессе достижения консенсуса в проект закона, который готовился по поручению главы государства, по настоянию оппозиции были внесены изменения. Некоторые из принятых поправок не соответствовали рекомендациям Венецианской комиссии, частью которых нам пришлось пожертвовать ради достижения компромисса. Мы абсолютно сознательно пошли на это. Для нас важнее создать условия для нормальной деятельности украинских политических сил и волеизъявления украинских граждан, достигнуть взаимопонимания в украинской политической среде, чем внести хорошие и правильные рекомендации. Международный орган, который их давал, руководствовался, конечно же, самыми лучшими намерениями. Но он заботился о воплощении абстрактных стандартов. Для нас же наибольшую важность представляет принятие законов, учитывающих украинские условия, помогающих сохранить гражданский мир и обеспечить успешное развитие нашей страны.