(044) 486–71–56 – Пряма телефонна лінія для допомоги жителям Автономної Республіки Крим, Донецької, Луганської областей та з питань діяльності Міністерства юстиції і підпорядкованих органів.         0–800–213–103 – телефонний номер системи безоплатної правової допомоги для людей, які зазнали кримінального або адміністративного переслідування. Дзвінки зі стаціонарних телефонів в межах України безкоштовні.         «Гаряча» телефонна лінія для працівників органів юстиції АР Крим. Звертатися можна за телефоном: (044) 486-71-56.         До уваги неурядових організацій, вищих навчальних закладів та інших установ! Урядовим уповноваженим у справах Європейського суду з прав людини розроблено анкету для осіб, постраждалих внаслідок порушення їх прав, гарантованих Конвенцією про захист прав людини і основоположних свобод, Російською Федерацією на окупованій території Автономної Республіки Крим та м. Севастополя, а також у Донецькій та Луганській областях України, та методичні рекомендації для її заповнення.         До уваги осіб, які бажають звернутися до Європейського суду з прав людини! У зв'язку зі змінами, внесеними до Правила 47 Регламенту Європейського суду з прав людини, з 01 січня 2016 року було оновлено формуляр заяви та пояснювальну нотатку для його заповнення. З вказаними документами Ви можете ознайомитись у рубриці «Захист інтересів держави в Європейському суді» на офіційному сайті Міністерства юстиції України
Розпочав роботу новий сайт Міністерства юстиції України >>
Міністр юстиції України Петренко Павло Дмитрович
Петренко Павло Дмитрович
Міністр юстиції України

23.05.2007. Министр юстиции Александр Лавринович : Блок на выборах — это обман избирателей (Дело)

Александр Лавринович министр юстиции — категорический сторонник парламентской республики.

Парламентская форма правления — наиболее оптимальна для нашего государства, считает Александр Лавринович. Парламентская демократия, говорит он, не позволяет быстро получать результаты от преобразований, зато полностью исключает политические кризисы, подобные нынешнему.

– В Конституционном Суде работают трое уволенных президентом судей. Является ли работа этого состава суда и его возможные решения легитимными?

– Деятельность Конституционного Суда легитимна. Существует судебное решение, приостанавливающее действие указов президента об увольнении Сюзанны Станик, Валерия Пшеничного и Владимира Иващенко. До того момента, пока определения судов не будут отменены в вышестоящей судебной инстанции или же пока не будет принято негативное для судей решение по сути спора, судьи работают в суде на законных основаниях. Здесь основной вопрос в законности указов президента об увольнении этих людей.

– По-вашему, они незаконны?

– Эти указы и процедура их подготовки противоречат закону о Конституционном Суде и регламенту Конституционного Суда. Остался без ответа вопрос, в чем заключалось нарушение присяги названными судьями. А ответ на этот вопрос должен быть обязательным и доказательным.

– Назначение Степана Гавриша и Василия Костицкого судьями Конституционного Суда законно?

– Как оно может быть законным, если не решен вопрос с людьми, пребывающими на этих должностях? Еще один нюанс — статья закона о Конституционном Суде. Она гласит о том, что назначение президентом судей должно решаться после консультаций с премьер-министром и министром юстиции. Назначенным считается претендент, утвержденный указом президента. При этом указ должен быть скреплен подписями премьер-министра и министра юстиции Украины.

– Это обязательная норма?

– Кто-то скажет, что можно не принимать во внимание эту норму, поскольку в Конституции не предусмотрена ее обязательность. Но в Основном законе много чего не предусмотрено обязательного. К примеру, права президента на назначения в судебной власти кого-либо. Но это предусмотрено в законе о судоустройстве.

– Работа распущенной президентом Верховной Рады легитимна?

– На эти вопросы ответы есть в Конституции. Полномочия Верховной Рады прекращаются в день первого заседания новоизбранного парламента.

– Как быть, если президент не будет подписывать законы, принятые парламентом?

– Логика Конституции не предусматривает возможности игнорирования законов, принятых Верховной Радой Украины в соответствии с парламентскими процедурами.

Хотя тут есть небольшой нюанс. В Конституции есть негативистская норма. В 94 статье Основного закона указано, что если Верховная Рада повторно голосует за закон с внесенными правками президента и набирает более 300 голосов, президент обязан его подписать. Дальше указывается, что если глава государства не подписывает документ, за него подпись ставит председатель парламента. Получается, что президент Украины может не подписать этот закон. Хотя одновременно в полномочиях главы государства указано, что он обязан это сделать. А в случае игнорирования президентом направленного ему на подпись закона эта же статья Конституции предусматривает, что по истечении 15 дней закон считается одобренным президентом.

– Политический кризис связан с несоответствиями в Конституции?

– Проблема не в несоответствиях, а в злоупотреблениях. В Конституции есть незаконченные алгоритмы, которые нужно дорабатывать. Политреформа 2004 года принималась как результат политических договоренностей. В результате сложилась ситуация, когда исполнительная власть в регионах — областные госадминистрации — де-факто имеют двойное подчинение. Правительство несет ответственность за ситуацию в каждой госадминистрации, а все рычаги по кадровым назначениям в регионах находятся у президента.

Или, к примеру, норма, которая дает право президенту останавливать акты Кабмина с одновременным обращением в Конституционный Суд. Когда это выписывали, предполагалось, что обращения будут связаны с конституционными вопросами. А сегодня мы видим, что останавливаются акты Кабмина, связанные с хозяйственными и кадровыми вопросами, которые не имеют никакого отношения к Основному закону.

Когда говорят о балансе власти, часто имеют в виду распределение управленческих функций между двумя центрами исполнительной власти. Это путь к параличу госуправления. Баланс нужен между исполнительной, законодательной и судебной ветвями власти.

– А президент — третий лишний?

– Он присутствует во всех ветвях власти. И выполняет особую функцию как глава государства. Руководство исполнительной властью президентом бывает только в чисто президентской системе или в отдельных смешанных формах государственного правления. В Украине определенное время работала президентская модель. Де-юре она существует в США, в нескольких странах Латинской Америки и Африки. Там нет Кабинета Министров. Исполнительной властью руководит сам президент.

– Какая система должна быть в Украине?

– С моей точки зрения, у нас должна быть форма парламентской республики, которая существует в более чем 40 странах Европы. При этом президент должен выполнять функции главы государства, будучи отстранен от любых оперативных функций в системе исполнительной власти. Он не должен опекаться налогами, строительством, нефтепроводами. И тем более работать дублером премьер-министра.

– А какая гарантия того, что после возможного перехода к парламентской форме Украина опять не вернется к президентско-парламентскому устройству?

– Нельзя давать никаких гарантий не только в Украине, но и в других государствах. Я не припомню безболезненных переходов в современной истории к президентской форме правления. Это были изменения политического устройства с тяжелыми последствиями. Парламентские республики не могут демонстрировать быстроту радикальных изменений. Коллегиальность, большое количество людей, разница политических взглядов, характеров не позволяют этого. Я до рождения нашего государства отдавал преимущество парламентской модели. С одной стороны, она менее гибкая и динамичная, не позволяет быстро получать результаты больших преобразований. Но она не дает возможности узурпировать власть и развиваться таким кризисам, как у нас сегодня.

– Как вы оцениваете предложения Александра Мороза по изменениям в Конституцию, например, по упрощению преодоления вето президента?

– На Западе вето президента или монарха — явление неординарное. Оно случается один раз в два-четыре года. В Украине этот инструмент стал элементом политического противостояния. В условиях разнополюсности парламента, политических предпочтений президента и большинства в Верховной Раде вето — путь к параличу законодательных инициатив. Поэтому уменьшение количества голосов для преодоления вето с 300 до 226 должно положительно отразиться на работе власти.

– Мороз также предлагает упростить процедуру импичмента президента, лишить его права назначать министров обороны и иностранных дел…

– Решение о назначении и увольнении всех министров сегодня принимает парламент. Поэтому речь идет о единстве подходов — чтобы все представления в Верховную Раду делал премьер-министр. И статья 83 Конституции утверждает, что коалиция депутатских фракций выходит с предложениями по всем кандидатурам в состав Кабмина.

Что касается уменьшения планки импичмента с 3/4 до 2/3 состава парламента, с моей точки зрения, это не самое важное. Гораздо важнее иметь определенные законом нормы, которые обеспечат возможность осуществления этой процедуры. А с этим в Украине не складывается. Такой закон принимался парламентом много раз, но всегда встречал вето президента. Даже после преодоления вето этот закон не опубликован и не вступил в действие.

– Как вы относитесь к изменению процентного барьера для партий и блоков на парламентских выборах?

– Это вопрос целесообразности. В Украине более 150 партий, большинство из которых — условные. Реальных партий в стране, отражающих точку зрения граждан и влияющих на формирование их мнения, меньше, чем пальцев на руке.

Если поставить высокий барьер, к примеру, 15-20%, быстрее сформируются коалиция и правительство. Но будет утрачена точка зрения значительной части электората, которые отдадут свои голоса небольшим партиям. Сегодня я не сформулировал для себя четкого ответа.

– Стоит ли отменять систему блоков на выборах?

– Я уже десять лет говорю, что создание блоков на выборах — это обман людей. Это технология, которая позволяет попасть в парламент. В предыдущие годы все сформированные блоки разлетались через два-три месяца после начала работы в парламенте. Блок — это бренд, за который голосуют люди. Однако его состав зачастую меняется, и партии, вошедшие в блок, не несут за него никакой ответственности. Если вы посмотрите на политическую жизнь других стран, то слово «блок» в их лексиконе вообще отсутствует. Везде политические силы объединяются. Но после выборов.

– В Судебной администрации Украины опасаются, что Минюст распустит этот орган и заберет себе ее функции. Есть ли основания так считать?

– Государственная судебная администрация появилась в 2002 году. В других странах эти функции выполняет Минюст. В одном из законопроектов об изменениях закона о судоустройстве есть такое предложение. Только бедная страна может позволить себе бездумно использовать средства и содержать большой кадровый состав дополнительного органа.